• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
15:05 

Бредя неспешною походкой,
Иду опушкой, меж дерев.
Стволы без одеянья кротки,
Лишь дуба вижу стать и гнев.
Вдох аромата прелых листьев,
Тоскою душу защемИт.
Берёза белизною чистой,
Что девица, мой взгляд манит.
Здесь сосны - грозны великаны,
Стоят на страже тишины.
Смолисты и стройны их станы,
Вершины зелены, нежны.
Прозрачен лес в лучах восхода
И с веток пал последний лист.
Ветра полями хороводят,
И неба свод безмерно чист.

14:33 

Монолог влюблённого...

Каждый день нам дарован судьбой,
Только жаль, не поймём мы друг друга.
Вот опять мы "воюем" с тобой.
Для чего? Да, и чья в том "заслуга"?
Как всегда начинается речь,
Мило мы улыбнёмся друг другу,
Взгляд один за собою повлечь
Может наше "движенье" "по кругу".
Вот уже недовольство в глазах,
Но причины тобою сокрыты,
И спустить бы всё "на тормозах",
Пусть, в обидах не будет избыток.
Мне наградой прощенье твоё,
Поцелуй, с каждым разом, всё слаще,
Значит сердце тогда запоёт,
Коль ругаться мы будем по-чаще?

15:23 

Фотография Светланы (Ланы) Музалевской

Холодный рассвет над каналом,
И чайки на трубах сидят,
Жизнь "кончилась", только лишь в малом
Её уловить может взгляд.
По небу тяжёлые тучи,
Скамейка влюблённых пуста,
Никто слов любви не озвучит,
И Бог их не вложит в уста.
Холодная, мрачная осень,
Тропинкой забытой иду,
Закончилась жизнь ровно в восемь,
Был пройден последний редут.

09:49 

Там, под маской шального веселья,
Неуёмная боль расставанья,
как хотелось бы выдумать зелье,
Чтобы грусть не давила сознанье.
Чтобы тот, дорогой человечек,
Каждый день был бы рядом с тобою,
И однажды, гуляя под вечер,
Прошептать ей: "Ты стала судьбою.
С твоим именем солнце восходит,
Раздвигая надменные тучи,
В твою честь пишут песни и оды,
С ним всхожу я на горные кручи.
И пускай зелья нет от разлуки,
Поцелуй тот всегда буду помнить,
Твои сладостно-нежные руки.
Счастьем был я до края наполнен".

22:46 

22 июня - день скорби и печали.

В сырой земле спокойно спите деды,
Мы вечно будем в памяти хранить,
Тот день, что нам принёс фашизма беды,
Истории связующую нить.
Всходило солнце плавно на востоке,
Был небосвод прозрачно-голубым,
Но пробил час, и ринулись потоки,
Вот занялсЯ вокруг пожаров дым.
И, вопреки надменным словоблудам,
Что прЕдали народ в последний час,
Простые люди совершили чудо,
И от "коричневой чумы" закрыли нас.
Сквозь годы под могильною плитою
Лежит отец, а может чей-то брат,
И каждый год, над каждою судьбою,
Печальной памятью разносится набат.

11:38 

Иду ли полем, сквером ли блуждаю,
Все это время думаю о Вас.
Чего хочу? Что сердце ожидает?
Открой мне тайну, Боже, без прикрас.
Скажи, к чему моя душа страдает?
Дня не пройдёт, чтоб не желал я встреч.
Другой же Вашим сердцем обладает,
В меня кинжал вонзая, острый меч.
К чему Всевышний даровал мне слово,
Которым Ваш живописую стан.
И пусть сей слог красив и даже ловок,
Но для чего в уста он был мне дан?
Вас не тревожат девственные травы,
Что по утру, покрытые росой,
Картин нам боле не подарят равных,
Сопоставимых с Вашей красотой.
Играетесь с холодною ухмылкой,
Приятно видеть грусть в моих глазах.
В круг Вас снуют десятки дерзких, пылких,
Подогревают Вам души азарт.
Мне остаётся любоваться лугом,
И неба, безграничной синевой,
И вновь идти по "замкнутому кругу".
И ждать, когда Господь возьмёт с собой.

23:45 

Поезд метро.

Не по улицам, «норами», «жерлами»,
Пробирается поезд вперёд.
Стал, нежданно, «подземною жертвою»,
И глумится над «малым» народ.
То толпою, как будто резиновый,
Не успеешь закрыться – «порвут»,
Как по полю движение, минному,
От того этот плачущий звук.
И пускают в галоп за секундами,
Между станций бросок или кросс.
И уж хочется валом ли, кубарем.
Так проходят года, на износ.
Вам, кто там, где-то с небом сияющим,
Этот замкнутый мир не понять,
И быть может и можно покаяться,
Только кто-то, ведь, должен страдать.
И снуют перегонами тёмными,
За собою вагоны влача,
И кипит сила в них неуёмная,
Не настал, видно, их ещё час.

15:33 

Спокойно протекал себе ручей,
Камней подводных и не замечая,
Порой омоет, может, берег чей,
И восвояси поплывёт, скучая.
Но вот, однажды, на его пути,
Брег расступился, заводь получилась.
Он и хотел бы, но не мог пройти,
Любовь настигла. Может Божья милость?
Он в заводи спокойствие нашёл,
Но душу неизвестность в даль манила.
Незримо ворожил прохладный шёлк.
Попал под власть необъяснимой силы.
А через время, новый ручеёк
Ворвался, освежив прохладой лоно,
И старый стал не нужен, он поблёк,
Другой её брега омоет склоны.
Есть от любви спасение одно,
И пусть простит за грех меня Всевышний.
Нужна ли жизнь, в которой больше снов?
В которой ты однажды станешь лишним?

20:25 

Гуляя парком или сквером,
И вспоминая прошлый век,
Что был лишён, так нужной, веры,
Но, что доныне не поблек,
На ум приходят, разны фразы,
Определяющие разом,
Куда мы шли и почему,
Мы испытали столько мук.
Цари и прочие вельможи,
На государство, правя взор,
Вели беспечный разговор,
Как бы содрать с народа кожу.
Наш брат был властью поражён,
И тут же нА «кол» посажён.

А те же, кто был недоволен,
И смог уйти за грань времён,
Бежал к хлебам на вольно поле,
Но стадом проклят, заклеймён.
Кому-то повезло там боле,
Почёт и пышное застолье,
Спокойно прИнят, без забот
Там век свой долгий проживёт.
А тем, кто просто так бежал,
Кого манили деньги, слава,
Кто мним, был и пошёл, как лава,
Конец, увы, печальный ждал.
Затих в мгновенье карнавал,
Пресс ностальгический прижал.

************************************
************************************
************************************

Но мы оставим эти бредни,
Глас поэтический зовёт,
Вам рассказать, ведь я намедни,
Слыхал, как соловей поёт.
Не каждому дано то слышать,
Лишь те, любовь в ком есть и дышит,
Мне посчастливилось, мой друг,
Попасть в сей, Богом данный, круг.
Всевышний дал не праздный слог,
В котором сухость и унынье,
Так надоевшие и ныне,
А песнь ты услыхать бы смог.
Упало много слов дождём,
Мы плавно к делу перейдём.

Её я имя мудро скрою,
Пусть это будет дар для всех.
Ведь многим женщинам, порою,
Охота ощутить успех,
Когда мужчина «пал» пред нею,
И только мысль одну лелеет,
Себя «владыкой» ощутить,
Любовь из нежной чаши пить.
Глава семьи мужчина? Да.
Семью он должен обеспечить,
И защитить, расправив плечи.
А жизнь гласит нам иногда,
Что голова закончит круг
Лишь там, где шея встанет вдруг.

14:52 

Я знаю, будете бранить,

Что Вас письмом не потревожил,

Но подле Вас, ведь, есть моложе.

Мне не к лицу Вам тенью быть.

Стоять пред «залом» будто шут,

Готовя выгодные речи,

Что самому души не лечат,

Но лишь затем, что их там ждут.

Увольте. Может я паяц,

И поменял немало масок,

Избрав слова за место красок,

Картины жизни я ваял.

Меня клеймят за тяжесть строк,

Сего банальны века нравы,

Но быть придворным, для забавы?

Простите я, увы, не смог.

Не потому ли неба синь

Заволокло слезливым адом?

И наземь то дождём, то градом.

Сегодня ЯНЬ, а завтра ИНЬ.


23:57 

Вы скажете, что это только сон?
Что этот город выдуман, из сказки?
Гостей встречает светлой ночью он,
И нет столицей выдуманной маски.
Нетороплив, степенен град Петра,
Здесь метроном сбавляет «обороты»,
И пусть в июне зорьки нет с утра,
Но даже в этом есть такое, что-то,
Что дарит сердцу ностальгию, боль
Щемящую по времени ушедшем,
И капли бриза с Балтики, в них соль.
Или себя, то слёзы, не нашедших?
Лишь сутки на раздумье, снова в путь,
Вобрать в дорогу воздуха морского.
А по прибытии, как прежде, не уснуть,
Во сне, увы, мне не узреть такого.

17:28 

Я буду рядом, бризом, тенью,
Загаром лягу на груди.
Со мной поделишься ты ленью,
Останутся в Москве дожди.
Я буду рядом в дни прогулок,
Когда пойдёшь смотреть ты град,
Звук каблучков твоих хоть гулок,
Но как его я слышать рад.
Потом в кафе с тобой присядем,
И жажду утолит коктейль,
Ведь ты же знаешь, что я рядом,
Добавим в чувства лёгкий хмель.
Когда под вечер, после зноя,
Ты возвратишься в свой отель,
Усталость дня под душем смоешь,
Войдёшь в раскрытую постель.
Я тело ласками накрою,
И буду сон твой сторожить,
Ты помнишь? Я всегда с тобою.
Как, всё
таки, прекрасно жить.


15:49 

Провинциалом по рожденью,
Он прибыл покорять Москву,
И вот уж критиков сужденье.
Актёра тут и там зовут.
Талант. Известен повсеместно.
В душе ему всё это лестно.
Широк ролей диапазон,
И все прожить, ведь, может он.
Вот странник пред тобой убогий,
И тянется в кошель рука,
Чтоб дать, хоть что нибудь, в дорогу,
И зА душу берёт тоска.
И снятся эти сцены ночью,
И плачешь, глядя в его очи.
И забываешь, что актёр
Ведёт с тобою разговор.
Но вот другой спектакль. Сцена.
А он – блистательный герой.
Послом направлен срочно в Вену,
Весенней, раннею порой.
Манеры, выправка. А «школа»?
Всё точно, как по протоколу.
У местных дам сплошной успех.
Он смог очаровать там всех.
Менялись годы, сцены, роли,
А жизнь свою не замечал.
Но вот однажды стало больно.
Вопрос был задан – где причал?
Он всем был нужен, как икона,
А личные, кто слышит стоны?
Пришёл на сцену, так играй.
Ах! Кто бы знал, что здесь не рай.
Уже не слышно криков – браво.
Утих оваций дружный хор.
Кому нужна вся эта слава,
Коль одинок и дом, и двор?
Печальна участь лицедея,
Всё и в себе, казать не смея.
Кто, может, скажет, что богат?
Раз одинок, не будешь рад.


14:10 

Он уходил из под контроля
И это было ей обидно.
"Как странно, у него есть воля.
Не углядела, даже стыдно.
Попробую тогда иначе,
Скажу, что это просто маска,
Что он под нею душу прячет,
И проследить, чтоб взгляд был ласков.
Пускай был только частью жизни,
Пусть был, всего лишь, фоном, звуком,
И пусть слова его не лживы,
А как приятны его муки".
"Ведь, тот, другой при мне остался!"
Есть цель и к ней она стремилась.
"А этот, ну на что он сдался?
По что ж при нём так сердце билось?"

23:58 

Она его душой играла
И забавлялась, как могла,
Не думая о том, ни мало,
Что та душа была жива.
Когда устав от боли дикой,
Он, вдруг, шагнул через окно,
То, осознав всё, громко крикнул:
"А ей-то будет всё равно!"
Его постигла участь многих
Из тех, кого нашла любовь,
И безучастны были боги,
Хоть к ним взывал он вновь и вновь.
Покуда жизнь твоя игрушка,
Во чьих нибудь чужих руках,
Не сможешь, ничего "не руша",
Парить, как птица в облаках.

13:33 

Бармен с улыбкой обращается к клиенту:
"Стакан пустой. Добавить? Ведь, так рано".
В ответ мужик, резонно,(затянувшись "Kent"ом):
"А на хрена мне два пустых стакана?"

13:32 

С тихим шелестом дождь пробежался,
Постучав:"Кто там есть под зонтом?"
Пёс намокший у двери прижался:
"Может пустит меня кто-то в дом?"
Торопливо авто проезжают,
"Молча" капли смахнув со стекла.
Снег последний обмяк и растаял,
Обножился колодец, как клад.
Нет подростков тех, что на площадке
Детской курят, порой, и шумят.
Не гуляет старик с палкой шатко,
Только дворник, таджик, Азамат
Тихо мусор коляскою возит,
Напевая тихонько под нос.
Да стоят в неестественной позе
Лавки фруктов, печалясь на спрос.

Пишу не для, не вопреки, души порыва, кстати. Нередко строки те горьки. Мы за любовь так платим.

главная